«Отечественная сладж-сцена попросту двинула коней». Интервью с Марией Фобией

Bad Road для меня был самым первым отечественным крепким лейблом, продукция и релизы которого меня заинтересовали. Узнал я о нём пару лет назад благодаря альбому «Old Tank Blues» группы Dirtpill. Через эту контору я приобрёл редкие в наших краях винилы и футболки. И по сей день я слежу за жизнью лейбла и грею душу их мразотными, в хорошем смысле этого слова, релизами. Мне удалось пообщаться за лейбл, сцену, сладж и жизнь с душой лейбла, а также человеком, который сердцем отдан отечественной сладж-сцене, Марией Фобией.

Кирилл: Начнём, пожалуй, с самых основ. Расскажи про лейбл Bad Road. Как появилась идея создания, кто стоит у истоков?

Мария: История лейбла Bad Road началась в 2010 году. Изначальная идея была далека от организации независимого лейбла. Всё началось с того, что Женя загорелся реализовать зин об отечественной дум-сцене, но это так и осталось висеть, как нереализованный проект, хотя мы надеемся, что всё же этот день когда-нибудь настанет и мы его издадим. Идея же основать независимое издательство возникла 31 января 2010, когда в чаде новогоднего кутежа на замёрзшем балконе оказалась наша святая троица — Женя, Кастян из С.Х. и я. И хотя моя физиономия по этому делу проходила скорее как свидетель, чуть позже я присоединилась к проекту как полноценный участник. Далее, если не вдаваться в подробности, ситуация повернулась так, что Кастян покинул лейбл и наш творческий союз с Евгением сплотился с новой силой и продолжает работу и по сей день.

Кирилл: Прошло уже много времени с момента основания лейбла, какие релизы, изданные на лейбле, можешь выделить?

Мария: На сегодняшний день мы особенно горды такими релизами, как Fistula, King Travolta, Gloomy Sunday и Sithter, поскольку мы оба с Евгением являемся страстными поклонниками этих банд.

Кирилл: Какое положение дел у лейбла на сегодняшний день? Что нового выйдет?

Мария: Работа кипит! Что касается ожидающихся в скором будущем релизов — это Order of the Owl, Adolf Satan, Crawl, артбук, и много другое. Очень жаль, что не получилось издать всё что было запланировано, особенно долгожданная запись Сlarence Boddiker, артворк для которой я нарисовала ещё в 2012 году, так и не увидела свет.

Кирилл: А что случилось с записью Clarence Boddiker?

Мария: Трудно издать какой либо релиз в отсутствии законченной записи. Насколько мне известно, запись всё ещё находится на этапе сведения.

Кирилл: Классика, в общем. Раздолбайство музыкантов. Расскажи про свои музыкальные проекты. В частности про новый проект Nisshin Maru.

Мария: Всё началось довольно неожиданно в 2011 году, когда бассист Clarence Boddiker предложил мне присоединиться к его новому сладжевому проекту Roswell Surgery в качестве вокалиста. Это был период, когда я активно посещала их гиги. На тот момент Roswell Surgery представлял собой такой состав: бас — Дима Бур (Сlarence Boddiker, Kharms, Illegal Ones), барабаны — Женя Лабыч Напалм (Сlarence Boddiker, Kharms, Kersta) и гитара — Артём Рукавичкин (Siberian Meat Grinder, Grond). Также параллельно я вокалила в трёх шумовых бандах не на постоянной основе. Приятно что в этих проектах удалось посотрудничать с Родионом Титовым (Ансамбль им. Вилли Токарева, Грунт, Иеронимус Бес, Аненербе). В 2012 году из Roswell Surgery ушёл гитарист Артем и его место вскоре занял Дима Бледный (Magnetic Tar Trap, Toxic Cherry). В 2013 Дима Бледный так же покинул коллектив и к нему на смену пришёл Саша (Xinoma, ВДВЖ). Примерно в тот же период нас позвали в двухнедельный тур с костромской дум-бандой Pressor, в рамках которого планировалось отыграть в тринадцати городах. В тур поехали после неслабой рокировки, Антон Лепилкин (Illegal Ones, Penis Amputator, Hippon Scrotum, Inopexia) ездил с нами в качестве барабанщика-сессионщика, а на гитару временно вернулся Димон Бледный. В конце 2013 мы отыграли на фестивале Tune Low Play Slow II. В том же 2013 году была сформирована банда Nisshin Maru в составе: Женя (Bad Road Records) на басу, Кастян из C.X. на ударных и я на вокале. Все тексты были написаны мной на русском языке, в отличии от Roswell Surgery, где текста писал наш басист на английском. Через 3-4 месяца Кастян покинул Nisshin Maru для того что бы сосредоточиться на основной деятельности в С.Х. и проект был временно заморожен. Через пол года мы продолжили в составе с Серёгой (Thy Grave, Acephale, Drunk Shaman), но этот период так же не продлился долго и не дал каких-либо результатов. В 2014 году я основала коллектив Kersta. На ударные позвала всё того же Женю Напалма, место за басом занял Денис Турлаев (Грунт), но, к сожалению, дальше трёх песен дело не пошло и проект через некоторое время был распущен.

В октябре 2015 мы с Женей Напалмом покинули Roswell Surgery. Ситуация за несколько лет сложилась очень неприятная и даже взрывоопасная, вплоть до крайней личной неприязни, взаимных обвинений, угроз и разборок связанных с авторскими правами. Через некоторое время после этого группу так же покинул новый гитарист Арс, с которым мы успели отыграть всего один гиг на лесном фесте «Лето Ночи 2». Насколько мне известно, в данный момент группа продолжает своё существование в новом составе.

Кирилл: Тогда и было принято решение возобновить деятельность Nisshin Maru?

Мария: Да, Nisshin Maru возобновили свою деятельность вместе с Сергеем, но в начале 2016 года попрощались с ним и через некоторое время место за барабанной установкой занял мой товарищ по Kersta и Roswell Surgery Женя Напалм.

Кирилл: Чему посвящена лирика Nisshin Maru?

Мария: Тексты для Nisshin Maru написаны мной снова на русском языке. Основные темы лирики — внутренние переживания. Например, одна из песней посвящена моей умершей матери. Короткий текст песни «Лик в Зеркале» повествует о том, каким человеком она была и как ушла из жизни — в комнате, где она умирала, было много зеркал и в одно из них она посмотрела в момент ухода держа меня за руку. После этого мне несколько лет казалось, что она живёт в этом зеркале и возможно если подольше подождать, то она появиться в отражении. Это очень больная для меня тема и я просто не могла обойти это стороной. На данный момент сформировалась ещё одна банда с моим участием, но пока раскрывать карты не буду. Могу лишь сказать, что состав максимально интересный подобрался.

Кирилл: Хм, весьма интересно! Буду следить за новостями. Как человек, который неразрывно связан с тяжёлой музыкой, как ты оцениваешь современную отечественную doom, sludge сцену. Не считаешь ли ты её однообразной? Расскажи про местную сцену, про её жизнь.

Мария: Если говорить о сладжевой сцене в России, то это довольно простой вопрос, на который очень сложно дать однозначный ответ. Совсем не хочется кривить душой, озвучивать какие-либо проекты и говорить, что это наша сладж-сцена, потому что по факту, если смотреть правде в глаза, на данный момент отечественная сладж-сцена попросту двинула коней. Она практически отсутствует!

Наверное, стоит сначала прогнать ретроспективу умерших банд, а также тех, кто по моему сугубо субъективному мнению, с некоторых пор сдал позиции или переключился и отошёл в сторону. Пожалуй сперва стоит упомянуть загадочный киевский коллектив-эксперимент Weed Harvest. Группа внезапно появилась в 2008 году, парни сделали несколько действительно занятных телег, отыграли на разогреве Grief в Киеве и в том же 2008 бесследно исчезли, оставив после себя лишь бутлег с того шоу. В том же 2008 сформировалась киевская сладж-команда Forever Wasted. Гигов парни отыграли довольно много и жаль, что записаны были только две песни для их сплита с Foible Instinct и Skruta. И снова в том же 2008, в одном из московских крастерских сквотов, произошёл взрыв в виде банды Икс Игрек (crust/sludge, Подмосковье-Москва). Насколько мне известно, группа была образована спонтанно, но идеи уже давно витали в воздухе. Яростно бью себя по лицу, что пропустила их долгожданное возвращение третьего апреля в этом году на разогреве у Attack Of The Mad Axeman. Нет мне прощения!

Кирилл: Какие коллективы будем поминать?

Мария: Из умерших можно сразу вспомнить Clarence Boddicker (sludge/doom, Москва). Большую часть времени ребята давали очень яркие сеты, но к сожалению постепенно энтузиазм и образ жизни двух участников группы свёл всё на нет. Долгожданная запись так и не была доведена до финала. Релиз должен быть выйти на нашем лейбле, как я уже говорила, но этого так и не произошло. Помянем также Жгут (sludge/punk, Красноярск), Roswell Surgery (sludge/stoner/doom, Москва), Fall of Mammoth (sludge/post metal, Москва), La Mierda Moral (sludge/doom, Владивосток), Charms (sludge doom, Москва).

Кирилл: А кто на сегодняшний день свернул с «плохой дороги»?

Мария: Из ныне существующих, но практически ушедших из жанра, нужно вспомнить С.Х. (ex-Собутыльники Христа) (sludge metal/sludge doom, Москва)  и Fire To Fields (sludge/doom/noise, Новосибирск). Первые записи этих двух проектов очень котирую, но то, что они делают сейчас, это скорее экспериментальная музыка. Запись С.Х. «Ебальник Бордово Цвета» – это охрененный примитивный сладж с элементами дума. Безумно нравилось наблюдать их лайвы, начиная с первой «Sludge Конвенции», когда на вокале был Костя (Bog) и заканчивая их последним концертом с Гришей (Игорь, Сдоба, Спидвич). Если говорить про Fire To Fields, то это крайне незаурядный коллектив, Их запись «Products» просто разорвала моё сердце в клочья. Если кто не слышал, то советую обязательно заценить. Стас в этом проекте на 100% рулевой, ему принадлежат все идеи связанные с Fire To Fields.

Также есть группы, однажды свернувшие на дорожку сладжа и снова ушедшие в другую степь. Например Dekonstruktor (запись «Fuck Life We Go Further») (lo-fi/experimental/sludge/psychedelic, Москва), а также Buzzzliner (запись «Луи, Луи!») (stoner/sludge/metal, Брянск).

Кирилл: И что в итоге?

Мария: А в итоге оставшихся воинов в поле, исполняющих в данном жанре, на данный момент боюсь, что практически совсем нет, либо это скорее «околосладжевая сцена», но имеются новые команды, которые необходимо озвучить.

Кирилл: Например?

Мария: Стоит отдельно отметить продолжающий традиции олдскульного сладжа и сладж-дума коллектив Satanhedge. Имела радость побывать на их гиге в том году и впечатление осталось распрекрасное. Также нужно вспомнить такие банды, как Сирены Титана (sludge metal, Иркутс), Kasu Weri (sludge metal, Киев), Löd (sludge doom, Спб-Москва), Celophys (sludge doom, Киев), Vandalizm (crust/sludge, Спб), KEEPLEER18 (sludgecore, Чернигов), Pressor (sludge doom, Кострома-Спб), Remote (sludge/stoner/doom, Калуга), Acid Coma (doom death/sludge doom, Владивосток), Illegal Ones (sludge metal), Откаты (crust/sludge/black, Спб), DirtPill (sludge/punk/sludgecore, Красноярск), Thy Grave (sludge doom, Москва), Dronegoola Machin e(stoner/sludge, Москва), Nisshin Maru (sludge doom, Москва).

Кирилл: То есть, на отечественную сладж-сцену распространяется гераклитово «panta rhei»?

Мария: Да, сцена трансформировалась и продолжает изменяться, обретать другие формы и новых зрителей. Честно говоря, даже не знаю что хуже, то, что сцена вырождается или то, что многие зрители сейчас не знают старые группы и имеют искажённое представление о том, что вообще за такой жанр «sludge».

Кирилл: Давай отойдём немного от музыки, истории отечественной сладж-сцены с именами-явками-паролям и поговорим немного о тебе. Ты выглядишь очень неформально, в хорошем смысле этого слова. Что сподвигло тебя, как пел дядя Миша Уильямс, на преступления против кожи?

Мария: Мне кажется, что каждый человек поступает со своей внешностью так, как он считает нужным. Могу лишь ответить цитатой Чарли Менсона, которая также использовалась для песни тех же EHG: «Because every human being has to go through some suffering».

Кирилл: И это правильно! Расскажи про свои художественные работы. Источники вдохновения, ориентиры.

Мария: По большей части я рисую оформления для музыкальных релизов и это не ограничивается релизами нашего лейбла. За последние годы я успела поработать с музыкантами из разных концов мира, к примеру с такими, как Order of Owl (US), Monolithian(UK), а также с итальянским лейблом/рекорд шопом Taxi Driver.
Однако моя работа с музыкальными коллективами и лейблами на этом не ограничивается, я также рисую немного для себя. Эти мои работы мало кто видел, но, тем ни менее, они имеют для меня большое значение. В них я могу использовать темы, которые мне действительно интересны. Что касается источников вдохновения, то я не могу назвать отдельных художников, но в целом меня вдохновляет либо классическая живопись или андеграунд.

Кирилл: И напоследок позволю себе задать вопрос из серии идиотских вопросов аля Металхаммеров всяких. Если бы ты попала в политику и у тебя была бы власть, чтобы ты изменила в нашем обществе?

Мария: Я не слишком сильно углубляюсь в политику, но меня очень волнуют такие вещи, как социальное неравенство, дискриминация во всех её проявлениях, а также забота об окружающей среде и защита животных. Излишне агрессивная религиозная пропаганда в России также, на мой взгляд, не ведёт ни к чему хорошему. Полагаю, что нашей стране необходимы изменения глобального масштаба, радикально новый подход к управлению государством.

Арты руки Марии